По данной теме трудны высказывания, но вот что забавно — на эту тему чаще всего приходят сообщения (вопросы) от читателей, — видимо все не просто так.

Как бы то ни было, нет оснований, чтобы заявить: «Будущее рынка не вызывает опасений, — нет хронических проблем, все трудности позади!» — хорошее настроение для предвыборной, чтоб ее, кампании, но когда тебе пишет человек — ответ совсем иной: рынка как такового нет и все происходящее меня затрагивает, — я не лучше вас, адаптируюсь.

Решение задач, преодоление трудностей — часть быта фотографа; как бы не хотелось съемка, съемка, съемка, — для выживания этого мало, потому что тот же кризис — лишь последствие экономической анархии, которая стала реальностью; но она тоже не единственная причина — не единоличная виновница тех проблем, которые осложняют жизнь фотографа.

— Постараюсь на этой странице лаконично изложить свою точку зрения (чтобы со временем, если замечу что-то еще, — внести правки), по выше указанной теме.

pochemu-padaet-spros-na-fotografiyu-001
Photo by Brandon Mowinkel on Unsplash

Почему в России падает спрос на коммерческую фотографию

Фотограф не живет сам по себе: ему нужно общество, научный и технический прогресс. Если внимательно присмотреться, то фотограф — элемент системы. Какой? Давайте разбираться (в дальнейшем повествовании исключительно мое личное мнение, в истину не возвожу).

Стремление к познанию — внутреннее качество Человека, без которого, действительно, было бы скучно жить (и нашему брату-фотографу — незачем существовать). Но оставим споры, — почему стремление не должно становиться страстью, — и внимательно посмотрим на работу, быт коммерческого фотографа:

  1. Фотосъемка отличившихся членов общества: производственников, управленцев, и не в последнюю очередь — ученых и тех, кто это самое общество защищает и обучает, — с учителями наравне и те, кто научает культуре — деятели искусств, хранители музеев и так далее.
  2. Фотосъемка потребительских товаров, создание светописных образов для сферы услуг и если необходимо — фотосъемка процесса: производства товаров, оказания услуги — благодаря фотосопровождению можно рассказать зрителю все: от разработки товара, и позиционирования услуги, до их облика на рынке, нюансов доставки и прочего.
  3. «…»

Работа коммерческого фотографа — решение «проблем» окружающих его людей, которые, по ряду причин (нет знаний или оборудования, опыта или времени) не могут их решить сами, — обслуживание (в хорошем смысле) бизнеса, власти, различных отличившихся деятелей. Если, по какой-то причине, спрос на рекламу исчезнет, то коммерческий фотограф лишится работы, дохода, статуса и прочего.

Задача коммерческого фотографа — создать светописное повествование, которое выполнит (и что важно — всего одну) задачу: помочь продать то, что на фотографии изображено (ремесла, для тех, кто верит, что «рекламируют» гения, продвигаются обликом лучших деятелей, и если подбирать более точные слова, то… коммерческий фотограф помогает формировать спрос: на то или иное ремесло, путем пропаганды достигнутого образа, открытия и так далее).

Выставить предложение в лучшем свете, запустить процесс «хотелка», где-то внутри зрителя.

И все.

Но это, действительно, очень большой труд. Отлынивая от которого, благодаря потаканию, не то лени, не то эгоцентризму, можно упустить из виду кое-что важное:

  1. Из-за снижения объема денег в экономике, бизнес кормится благодаря бюджетникам, с непреходящей мыслью: нужно снижать издержки…
  2. Часть представителей малого бизнеса самостоятельно взяли в руки фотоаппараты и на праздничных каникулах прошли экспресс-курсы по фотосъемке.
  3. Некоторые штатные фотографы стали фрилансерами; иные коллеги — попросту видят спад загруженности, отток клиентов, снижение реальных доходов.
  4. Больше простоев, меньше прибыль, — не сразу, но переосмысление набора техники (и по мере износа ремонт, а не замена), выбор более практичных, дешевых, решений.
  5. Меньше денег — меньше возможностей для экспериментов, профессионального роста и конкурентоспособности на иностранных рынках (многие вернулись на рынок РФ).
  6. Из-за падения спроса, производители фототехники снижают издержки: увольняют тех, кто менее важен, но… чем их больше, тем меньше получают денег от них другие.
  7. Продавцы фототехники, чтобы поддерживать оборачиваемость, делают скидки, но чем могут — жертвуют… иной бизнес недополучит деньги от работников фотоиндустрии.
  8. Растут таможенные сборы, различные косвенные налоги, и продавцы фототехники как могут экономят, но рано или поздно повышают цены, — растут издержки фотографов.
  9. Налоговое бремя, высокие производственные издержки, технологическая отсталость и малая платежеспособная аудитория — рынок РФ крайне слаб.
  10. «…»

Снижение реальных доходов населения — не только головная боль государства, и бизнеса, но и главная причина падения спроса на фотографию. Концепция «собрали-поделили-раздали» с треском провалилась, но есть иная напасть: труд стал чем-то постыдным…

Оптики и математики, физики и конструкторы, технологи и управленцы — все эти «ребята» в середине прошлого столетия двигали отечественное производство фототехники (создавали не самое плохое оборудование, расходные материалы), поддерживали развитие фотоиндустрии в стране. Каждая копейка, от фотолюбителя или коммерческого фотографа, вращалась внутри и подстегивала развитие: спроса, роста зарплат, совершенствования оборудования. А что ныне?

Таможня «снимает сливки». Представители получают зарплату. И вся прибыль от продажи — идет на поддержание экономики чужой страны. В том числе на выплату зарплаты рабочим, от потребительского спроса которых нам ни тепло, ни холодно…

Вначале повествования было сказано: «Фотограф — элемент системы», — она и есть, на всех строчках выше. Система, в которой фотограф, попеременно, обслуга и тот, кого обслуживают, по крайней мере — могли бы, если было побольше качественного необходимого сделанного в нашей стране, благодаря чему выиграл бы каждый участник (элемент системы).

Примечание:

Аналогичным образом, по системе, можно изучить любую другую профессию: всегда будут и те, кто трудятся и те, кто трудятся на них, — своеобразный симбиоз рода человеческого.

pochemu-padaet-spros-na-fotografiyu-002
Photo by Kelly Sikkema on Unsplash

Почему в России падает спрос на арт-фотографию

Арт-фотографы ничем не лучше коммерческих, перед напастью, имя которой — реальный, не то доход, не то «получка», как еще совсем недавно именовали зарплату. И если подумать, то и система аналогичная, просто специфика иная.

Так называемая, художественная фотография не преследует рекламные цели, и это осложняет быт фотографа:

  • неясные задачи, скромные бюджеты, — сфера услуг опустошает, если хвататься за каждое предложение;
  • большие вложения денег, без каких-либо гарантий, — Путь свободного фотографа полон трудностей.

Оба направления, оказание услуг и создание произведений на продажу, менее востребованы в России, конечно, не только из-за снижения реальных доходов населения:

Во-первых, изменилось предложение: более плоское содержание (зачастую, и такового нет), в центре которого гедонистические ценности, вместо главного критерия ИЗО — Истина.

Во-вторых, изменился спрос: и количественно (многое, равноценное, предложению на рынке, можно выполнить самостоятельно), и качественно (искусство, как вечное, больше не нужно).

Но это, на мой взгляд, лишь следствие. Проблема иная:

Не первое десятилетие формируется среда, в рамках которой атрофированное чувство прекрасного — главное достижение. Растятся люди, ни в чем не повинные, которые попросту не знают, что жить можно иначе, желать — иного, более чистого, непреходящего, что жизнь — гармония, и лишь по жестокосердию единичных представителей общества она стала напоминать агонию.

Большинство ценных произведений авторы накапливают на полках. Большинство зрителей (в числе которых: увлеченные коллеги, не знающие, что можно творить иное) никогда не найдут пути им навстречу, — многие произведения не будут прочитаны.

Арт-фотография, в отличии от коммерческой, призвана служить культуре, но что мы знаем — про культуру?

14 сентября 1997 года, Сергей Аверинцев зачитал следующие строчки:

«Вы знаете, у древних греков, людей, столь творческих именно в области культуры, нашему слову «культура» соответствовало совсем другое слово — пайдейя. А пайдейя — это для каждого грека совершено прозрачное слово со значением «воспитание». Разумеется, культура, как греки ее понимали, — это не воспитание в наивном морализаторском и наивном утилитаристском смысле слова, это не обучение элементарному благонравию. Но так или иначе, смысл, в котором культура есть воспитание, должен выясняться мыслью каждой эпохи, он должен обсуждаться, он должен быть предметом спора, но эта связь никоим образом не должна быть потеряна. Ужасно, когда культура делается простой суммой того, что называется искусством, того, что называется литературой и т. д.; а в наше время, когда, как всем известно, перестало быть понятно, в чем идентичность того же искусства, той же литературы и т. д., когда, давным-давно можно выставить любой предмет — и это будет инсталляция, это будет искусство, и когда как будто бы именно невоспитанное поведение (отнюдь не в благонравно-бюргерском, а в любом смысле) оценивается как культура, как культурное творчество, культурная деятельность, культурная активность — это особенно сложно.»

После внимательного перечитывания, вспомнились слова Павла Михайловича Третьякова:

«Моя идея была, с самых юных лет, наживать для того, чтобы нажитое от общества вернулось бы также обществу (народу), в каких-либо полезных учреждениях. Мысль эта не покидала меня никогда во всю жизнь… Обеспечение должно быть такое, какое не дозволяло бы человеку жить без труда.»

Сейчас система изымает деньги из народа и препятствует окультуриванию, но что делаем мы, фотографы? Думаю, будет менее постыдным сказать, что ничего не делаем.

Из той же лекции Сергея Аверинцева, примечательны следующие строки:

Еще одно короткое замечание о слове «культура». Хотя словосочетание cultura mentis — возделывание ума — употреблялось еще у классических римских авторов античной поры, например у того же Цицерона, однако словосочетание это в продолжение античности, средневековья, Возрождения, раннего нового времени сохраняло статус метафоры. Это была метафора, не термин, и притом надо было нормально говорить не «культура», а именно «cultura mentis» — возделывание ума (одна из столь обычных для нашего языка агрономических метафор, не правда ли — слово «семинар» или «семинария», как известно, значит «рассада»).
Возделывание ума… Только в XIX веке в немецком языке, первоначально именно в немецком языке, укореняется употребление слова «культура» в терминологическом значении. В европейские языки слово это входит со скрипом. По-английски, на хорошем старом английском языке, для того, чтобы обозначить человека, обладающего не просто знаниями, а в лучшем смысле этого слова культурой — в мирском смысле слова «духовной» культурой, полагается говорить, что он — civilized. Вы знаете, у немцев Шпенглер установил другой порядок, нынче хорошо известный и у нас: что-то живое, органическое и творческое называется культурой, а цивилизация — это как раз что-то внешнее, нетворческое, неорганическое и мертвое. Но если думать об этимологии слов, а также об их истории в других языках, не в немецком, то худо-бедно цивилизация восходит к слову civis — гражданин. Цивилизация — это то, что дает людям прилично друг с другом жить как согражданам, в состоянии коллегиальной, разделенной друг с другом свободы, — это не так плохо.
Во французском языке, правда, прилагательное culturel вообще не засвидетельствовано до двадцатых годов нашего века — так поздно французы стали говорить «culturel». И любопытно, что человек, настолько глубоко связанный с немецкой культурой, как наш поэт-символист Вячеслав Иванов, не любил слова «культура» и высказывал одобрение сопротивлению романских народов к установлению этого слова. Так или иначе, для наших современников слово «культура» перестало быть метафорой и стало термином и концептом, еще раз повторяю, концептом поздним, ассоциируемым, не правда ли, с общими курсами истории культуры, в контексте которых культура оказывается как бы совместным складом или, скажем, музеем, куда складывается, сносится вся сумма созданного или лучшее (но всякий отбор сомнителен) из написанного писателями и живописцами, что-то из музыки, философии, — ну, и религии и т. д.

Обществу, на данном временном отрезке, не хватает средств, чтобы возделывать собственные умы, — мы пожинаем то, что ранее посеяли.

Мир всем, и попутного света на местах фотографических баталий.

Ваш,

Андрей Бондарь.

Рекомендую к прочтению: